Цецилия Моисеевна – главная героиня книги – бывшая солистка оперного театра. Выход на пенсию стал для нее серьезным испытанием. А вскоре она овдовела… Казалось бы, жизнь немилосердна к актрисе, которая вот-вот сломается под ударами судьбы. Возможно, с кем-то именно так бы и произошло, но только не с Цилей Моисеевной, потому что «от природы Циля была мудрой женщиной…» И она поняла, что нужно брать себя в руки (помните, и Ильф с Петровым утверждали, что «дело помощи утопающим – дело рук самих утопающих»?)

Бывшая оперная прима попыталась (и успешно) по-другому взглянуть на повседневную обыденную жизнь, принять то, мимо чего она много лет проходила в силу своего звездного статуса.

Во-первых, Циля иначе стала относиться к детям. Если раньше они только раздражали Цецилию Моисеевну, то сейчас ей стало интересно наблюдать за ребятней, их играми во дворе; дети дали нашей героине необходимые положительные эмоции. А еще она поняла, что именно у детей порой нужно учиться решению проблем.

Следующим этапом новой жизни бывшей оперной примадонны стало то, что «для запуска «оздоровительной программы» Циля решила немного снизить градус былых амбиций и «пойти в народ». И правильно сделала. Первой заговорила с соседкой – нашла новых друзей, и постепенно образовавшаяся в душе после смерти мужа пустота заполнилась.  

«Оказывается, быть нужной весьма неплохо успокаивает нервы», - поняла однажды Циля Моисеевна.

Язык у нее, кстати, весьма колоритный, различного рода выражений она знает очень много. И чувства юмора нашей героине не занимать. Читаешь произведение – и невольно улыбаешься.

Книга Елены Роговой – это манифест житейского бытия, житейской мудрости и радости.

Цецилия Моисеевна, например, утверждает, что «не бывает "смысла жизни"». Вернее, не бывает такого глобального понятия, потому что для каждого человека оно индивидуально, каждый наполняет свою жизнь своим смыслом. Хочешь учиться – учись! Хочешь сделать карьеру? Так попытайся!

«Большой бонжур от Цецилии» - роман необыкновенно позитивный, роман – антидепрессант. В нем – множество забавных историй с хорошим финалом; он призывает: «Ходите друг к другу в гости, пейте чай и делитесь проблемами!»

Своим оптимистичным, доброжелательным потенциалом произведение выделяется на фоне современной литературы; к сожалению, подобного рода книг сейчас немного. Поэтому – приятного всем чтения!

 

Светлана Титова

Леность есть дурной учитель. 

Екатерина II

 

Яблочко от яблоньки упало недалеко. Дочь известного череповецкого фантаста Евгения Шалашова закончила литинститут и подалась в настоящие профи. Первая же ее «взрослая» книга была напечатана издательством АСТ, редакцией Елены Шубиной, что является уже знаком качества.

Что ж, впечатление неоднозначное, признаю сразу. Самонадеянно считаю, что я поняла авторский посыл. Книга эта о вечном одиночестве юности, о непонимании, о том, что все взрослые идиоты и только молодым ведом смысл этой поганой жизни. Плюс кипение гормонов, плюс дистанционное обучение, плюс пугающий карантин.

Книга полифонична. Она дробится на главы разной длины, повествование от первого лица с каждой главкой, с каждым персонажем. Кто они? Ученики простой московской школы, их родители, их учителя.

Мне кажется, такой прием хорошо работает, когда надо показать разобщенное, разъединенное общество. Плюс строгий карантин весны 2020 года. Все боятся выйти, соприкоснуться. А оттого общение окончательно переходит в зону онлайн.

Образы подростков удались автору, безусловно. Она вообще владеет словом прекрасно. Это пугающее взросление, усиленное строгостями, ощущение, что ты попал в чёрную абсурдистскую комедию, нагнетает и так обычный для подростков страх перед будущим. И все эти первые любови, переместившиеся в переписку, и эти родители, залипающие каждый в своем гаджете. 

Есть одно осторожное «но» и исключительно личное мнение: именно в силу молодости автора, образы старшего поколения учителей не вышли достоверными. Начиная с якобы неумения владеть современной техникой. Преподаватели настолько давно работают с компьютерами, что с зумом справляются, будьте спокойны. Бывают исключения, но они редки. И реакции училки, опытной, битой немалым педстажем, на подколы взрослых детей очень странные. Рыдать перед кучкой наглых лоботрясов и задавать им риторические вопросы? Или это литературный прием, демонстрирующий нам человеческое лицо педагога? Хотя, как знать, возможно, Александра Евгеньевна сталкивалась именно с такими. 

В таком случае и отношение к пандемийным ограничениям я смело причисляю к ее личному опыту. Мне, читателю, было любопытно узнать, что молодежь реально была перепугана.

Выскажу еще одно предположение. Возможно, образы старшеклассников получились такими, мягко говоря, малоприятными, именно в силу ситуации.

Нет ничего криминального, но мне стало грустно. Как-то уж совсем тоскливо и безнадежно смотрят они вперед, в гипотетическое будущее. Понятно, что это не срез, а всего лишь маленькая выборка. Россия велика, разброс уровней жизни, мировоззрений и прочего такого широк до безобразия.

Но ведь читатель, воодушевленный хвалебными словами на обложке и гордостью за писательницу-землячку, ожидает охватить одним махом современную юную поросль, ту, что придет/пришла на смену предыдущим поколениям. И что?

А они ставят галочку на «выключить мое видео». И выходят из чата.

 

Светлана Маркевич

Скажу сразу: я не поклонница мистической литературы. Читаю её крайне редко. Но иногда, как и многим из нас, хочется уйти из реальности. Кто-то читает фантастику, кто-то любовные романы или сказки, а мне вот в руки попалась эта небольшая книжица, и я имела неосторожность проявить к ней интерес. Вернее, если быть точной, всё было не совсем так. Я заинтересовалась авторами, которые мне были незнакомы. Начала читать их книгу «Тишина старого кладбища» и… ничего не поняла. То есть  не поняла не сам сюжет книги, а откуда взялись друзья-приятели, расследующие довольно страшные события. Герои романа действуют так, как будто мы об этих персонажах давно всё знаем. И я поняла, что читать серию книг Тимошенко и Обуховой надо с самой первой книги. А называется она «Тайна заброшенной деревни».

Скажу ещё несколько слов об авторах. Две молодые девушки – Наталья Тимошенко и Лена Обухова – современные российские писательницы. Познакомились в интернете совсем недавно, в 2013 году, но за эти годы совместными усилиями сумели написать и издать десятки книг преимущественно в жанре мистического детектива. Книга, которую я представляю, входит в цикл «Секретное досье. Мистические романы».

Так о чём же роман? Стихийно собранная команда исследователей паранормальных  явлений  из 5 человек отправляется в Хакасию, в глухую тайгу, чтобы найти необычного целителя, узнать о его методах лечения. Компания довольно странная для таких экспедиций: бывший космонавт, врач, химик, компьютерщик и знаток оккультных наук и древних символов. Причём, люди совершенно незнакомые до этой поездки. И движет ими не только любопытство. У каждого из них свои цели. Вот только какие? Во время поиска целителя команда попадает в странную заброшенную деревню и сталкивается с событиями, совершенно необъяснимыми с точки зрения реальной жизни. В деревне то есть местные жители, то все они вдруг неизвестно куда исчезают. То деревня выглядит хоть и бедной, но жилой, то стареет сразу на полвека. И птицы тут не поют… И животных нет… А по ночам… Но не буду вам пересказывать сюжет. Жутковатые картинки «увидите» сами.

А целитель, спросите вы? Да, будет и целитель. Но рассказ о нём как-то отойдёт на второй план. Да и не удивительно. Хотя деревенские события будут с ним непосредственно связаны.

Подводя итог своей рекомендации, должна заметить, что «Тайна заброшенной деревни», на мой взгляд, не является таким уж «шедевральным» произведением. Мы читали книги и покруче. Но, несомненно, если вы начнёте её читать, то дочитаете до конца и пару вечеров проведёте с героями-исследователями необычных явлений. Будете ли вы читать продолжение серии, конечно, зависит только от вас, но умницы-писательницы придумали хитрый ход. Последняя глава книги «Эпилог» вас уже вводит в новую историю. И зацепочка такая, что хочется тут же взять следующую книгу и читать продолжение. Я именно так и сделала. Уже дочитываю вторую. А вы?

 

Валерия Базлова

«Я предвижу восстановление мощной России, еще более сильной и могучей. На костях мучеников, как на крепком фундаменте, будет воздвигнута Русь новая – по старому образцу, крепкая своей верой во Христа Бога и Святую Троицу...»

(Святой Иоанн Кронштадтский)

 

Перед нами второе издание истории Парфёновского Богородицкого монастыря, основанного и вновь возрождающегося на территории современного Череповецкого района. Первое издание вышло в 2011 году и состояло из двух отдельных частей («История обители до 1917 года. Ее архитектурный ансамбль» и «История обители в советские и постсоветские годы»). С момента его выхода минуло десятилетие, произошли многие события, ознаменовавшие важные изменения. 15 февраля 2019 года указом епископа Череповецкого и Белозерского в селе Парфеново было учреждено архиерейское подворье. 13 июля 2021 года в храме в честь иконы Божией Матери “Нечаянная радость” впервые (после 1922 года) состоялась архиерейская литургия. А 17 сентября 2021 года епископ Череповецкий и Белозерский Игнатий, совершив в Парфенове очередную Божественную литургию, посадил привезенный сестрами исторического Леушинского подворья Санкт-Петербурга молодой дубок – «потомок дуба, посаженного в Иоанновском монастыре святым праведным Иоанном Кронштадтским». И это, конечно, не просто так. С именем “всероссийского молитвенника” Иоанна Кронштадтского история Парфёновского монастыря связана неразрывно: в начале ХХ века святой праведник освятил здесь монастырский храм, благодаря чему «Парфеновская община получила всероссийскую известность». 

Итак, в новом издании автор уже констатирует как свершившийся факт то, на что в 2011 году лишь выражал надежду: в монастыре, «как встарь, возносятся иноческие молитвы и раздаются умилительные песнопения». Произошедшие изменения отразились на содержании нового издания книги, существенно переработанной и дополненной.

Написанная строгим языком, излагающим только факты, книга Михаила Мальцева погружает читателя в прошедшие события дореволюционной, советской и современной России и словно оживляет их участников, подтверждая истину: у Бога все живы. Вновь устроительница Парфеновского монастыря Евдокия Николаевна Силантьева-Поливанова, пережив неудачное замужество и свалившиеся вследствие этого на нее беды и неприятности, задумывается о вечном и решает удалиться от мира. Вновь матушка Таисия (Солопова), игумения Леушинского монастыря, ходатайствует за создаваемую Парфеновскую обитель перед духовным и светским начальством. Святой праведный Иоанн Кронштадтский освящает храм. Подвижнический труд первой настоятельницы игумении Руфины (Сосниной) служит процветанию обители. Мученическая судьба последней игумении монастыря Рафаилы (Рогозиной) заставляет вспомнить еще раз слова Иоанна Кронштадтского, вынесенные в эпиграф. А вот уже и протоиерей Георгий Трубицын вновь служит водосвятный молебен в Парфенове. И люди идут крестным ходом в Парфеновский монастырь, как шли 17 сентября 2011 года...

В своей книге автор дает поразительно полный объем сведений, начиная со стародавней истории сельца Парфёново, пожалования его помещику Поливанову и заканчивая событиями последних лет. За всем описанием истории обители ощущается кропотливый и серьезный труд исследователя, я даже не побоюсь сказать, духовного соучастника, «алчущего и жаждущего правды». Поэтому мы не найдем в книге непроверенных утверждений или построения версий, могущих вызвать сомнение. Подбор иллюстративного материала осуществлен очень тщательно и с любовью к предмету изучения. 

Сохранение светлой памяти о людях, вставших на христианский путь – путь покаяния и исправления, безусловно, важно для автора. Заботясь об увековечивании памяти, он приводит «Биографические справки», касающиеся парфеновских насельниц и священнослужителей. Эти биографические справки (наряду с «Летописью Парфеновского монастыря») становятся существенным и полезным дополнением нового издания, позволяющим в краткой форме получить важную информацию. 

Обратившись к книге краеведа Михаила Геннадьевича Мальцева, мы пройдем весь путь, который выпал монастырю, и увидим в описании автора: устроение обители в начале ХХ века, закрытие ее в эпоху гонений на веру, жизнь монахинь в рассеянии и современное возрождение. 

Издание можно рекомендовать всем тем, кто интересуется историей родного края, и, конечно, тем, кто планирует совершить в Парфеново паломничество или туристическую поездку.

 

Дмитрий Кочетков

Две новые повести Марии Метлицкой в одном сборнике: «Я тебя отпускаю» и «Девять дней в октябре». Как всегда, о нашей жизни, о женских судьбах. Сразу скажу – грустные. Я, купившись на рисунок на обложке, ожидала красивый рассказ о любви в Венеции, а оказалось… Но что оказалось, расскажу позднее. Опрометчиво я взяла книгу для «лёгкого чтения» в отпуск и, увы! ошиблась. Над второй повестью даже поплакала. Так что оптимизма вам новый сборник любимой писательницы не прибавит, но это не значит, что надо отложить его в сторону. Просто автор, которому я бесконечно доверяю, абсолютно правдив, и истории, рассказанные ей, это истории о нашей с вами жизни. А она, к сожалению, не всегда бывает счастливой и благополучной.

Итак, первая повесть Метлицкой «Я тебя отпускаю». Дело действительно происходит в Венеции (обложка меня не обманула). В городе, куда приезжают влюблённые со всего мира. Где делают предложения, проводят свадьбы и медовые месяцы с фотосессиями на фоне каналов, мостов и знаменитых площадей и соборов. Наша героиня повести Ника тоже давно мечтала о таком путешествии с любимым человеком. В счастливом ожидании она летит в Венецию с Ильёй,  роман с которым длится уже восемь лет. Но… как говорят сегодня, «что-то пошло не так», и романтическая поездка оказалась финалом длинного романа. Как всегда, автор вместе с героиней повести предложит нам поразмышлять о непредсказуемости любви и о том, что привело к окончанию отношений. 

Героиня второй повести книги «Девять дней в октябре» деловая и энергичная москвичка Рина , пережившая в подростковом периоде серьёзную трагедию – уход из семьи любимого отца. Отца, которого она так и не простила. Не захотела понять, насколько они с женой разные люди и то, что развод иногда позволяет начать новую жизнь с человеком, который тебе близок и понятен. Так и остался бы в Рине на всю жизнь этот юношеский максимализм и обида на отца, который по её понятиям бросил свою дочку, если бы не его смерть и знакомство Рины на похоронах со второй его женой Валентиной. Те девять дней, которые женщина проводит  после похорон в доме, где последние десятилетия жил её отец с Валентиной, заставили Рину многое понять. И простить. И сожалеть о том, что она с ним так долго не общалась. Смысл повести понятен. Не особенно морализируя,  Мария Метлицкая снова нам напоминает, что есть вещи, которые надо сделать пока не поздно. Повесть написана удивительно трогательно. Есть моменты, где трудно удержаться от слёз. Хочется особенно отметить удивительную манеру рассказывания своих историй автором: спокойное повествование, прекрасный язык, очень интересные и талантливые описания как венецианских зарисовок, так и природы средней полосы России, деревенских пейзажей. 

 

Валерия Базлова

«Там русский дух... там Русью пахнет!»

(А.С. Пушкин)

 

 

Помните песню «Как упоительны в России вечера»? Что там перечисляется?

Любовь, шампанское, закаты, переулки...

Балы, красавицы, лакеи, юнкера...

И вальсы Шуберта, и хруст французской булки...

Весь текст, конечно, не привожу. Но обратили внимание, что, кроме любви к местным красавицам да закатов с переулками, всё остальное заимствованное? Даже булка – французская! Если отбросить эти заимствования, что же останется? Что же было в допетровской России? Об этом и расскажут книги из серии «История. География. Этнография» (издательство «Ломоносовъ»). В данном случае я имею в виду три книги: «Быт домонгольской Руси», «Русский быт XIII-XV веков», «Русский быт накануне Петровских реформ».

Возвращаюсь к хлебу, который был основной едой для русских. И тут можно удивиться его разнообразию в допетровское время. Для XVII века трудно даже представить полный перечень выпекаемых хлебных изделий. Хлеб был гладкий и «изразчатый». Калачи, караваи, ковриги, папошники, басманы, колабы, сайки... Калачи – тертые, коврищатые, крупитчатые. Калачи «братские» и «смесные». Каравай «битой», «яцкий» и «брацкий», с сыром и с сахаром. И если уж хлеб – всему голова, то пироги – душа русского народа. Пироги долгие и косые, «караси» и «копытцами». По любому случаю и с любой начинкой. К щам из свежей капусты – пирог с гречневой кашей, к кислым щам – пирог с соленой рыбой, к лапше – пирог с мясом, к ухе – пирог с морковью...

Зачем я так долго останавливаюсь на этом? Не только потому, что люблю русские пироги. Просто если даже по теме хлебобулочных изделий мы о многом не помним или не знаем, то что же тут говорить об остальном! Как наши предки одевались? В каких домах жили? Какими деньгами расплачивались? На эти и подобные вопросы ответят представленные книги. Более того, они помогут отследить те изменения, которые со временем происходили. Когда ко ржи, пшенице, ячменю и просу добавилась гречиха? Когда в окнах состоятельных домовладельцев появились стекла, а на столах – фаянсовая посуда и вилки? И так далее.

Все представленные книги написал не один автор. Это сборники, разделы которых принадлежат перу крупных специалистов, среди них доктора исторических наук Артемий Владимирович Арциховский (1902-1978), Николай Николаевич Воронин (1904-1976), Анатолий Дмитриевич Горский (1923-1988), Борис Александрович Колчин (1914-1984), Владимир Васильевич Мавродин (1908-1987), Михаил Григорьевич Рабинович (1916-2000), Борис Александрович Романов (1889-1957), Валентин Лаврентьевич Янин (1929-2020); академик РАН (АН СССР) Борис Александрович Рыбаков (1908-2001).

Относясь с уважением к внушительному ряду ученых и радуясь богатому содержанию книг, можно выразить сожаление лишь об одном. Мало новых изысканий людей российской науки XXI века. То ли людей таких стало меньше, то ли изысканий, то ли популярно изложенных материалов. Не знаю. Хотя представленные сборники, конечно, смело можно использовать и для учебных целей, и для расширения кругозора.

 

Дмитрий Кочетков

Преступление нуждается лишь в предлоге.  

Аристотель

Мне всегда интересно чтиво, где люди пишут от лица противоположного пола. Когда автор-женщина делает своими главными героями мужчин и наоборот.

Вот любопытный пример. Ретродетектив, время действия почти сразу после Второй мировой, Нью-Йорк, частные сыщики. Стоп! Сыщицы!

Более того, повествование ведется от первого лица. Как будто бы запись воспоминаний частной сыщицы о том, как она встретилась со своим будущим начальством, как прошло первое дело… Потом, вроде как спохватившись, она скуповато рассказывает о себе. Как сбежала от отца-алкоголика, прибилась к кочующей цирковой группе, как за пять лет научилась всему. И ножи метать, и замки проволокой вскрывать, и по канату ходить, и исчезать на глазах у изумленной публики.

Ловкие руки и быстрый ум помогли мисс Паркер в новой профессии как никогда.

И знаете, несмотря на то, что автор книги мужчина, героини получились отличные. Да, нестандартные. Не секс-бомбы, но и не мужиковатые тетки с холодным аналитическим умом.

Не буду вдаваться в подробности, почитайте сами. Думаю, узнаете много любопытного о неженской работе умных и сильных женщин. Сильных духом, сильных нестандартным мышлением, сильных знанием человеческой природы и человеческих же слабостей.

Персонажей в этом детективе огромное количество. И они тоже не самые типичные граждане Нью-Йорка. Медиум, вхожая в лучшие дома и знающая все на свете, наследники погибшей богатой леди, профессорша антропологии, полицейские и магнаты, официанты и боксеры, и многие, многие другие.

Читатель видит события глазами Уилл Паркер. И знает столько же. А новые и новые обстоятельства частного расследования все всплывают и всплывают.

Это как кочан капусты – ты снимаешь слой за слоем загадки, а они все не кончаются, и истина все еще прячется в глубине.

Даже на предпоследней странице, когда, казалось бы, все стало кристально ясным, еще не финиш, о нет! Один абзац – и снова здорово!

Далеко не каждый автор может так закрутить сюжет, а потом не оставить ни одной неприбранной ниточки.

Меня зацепила еще и атмосфера. Некая особая, экзотическая для нас, атмосфера Нью-Йорка пятидесятых, самые разные люди из всех социальных слоев, смешанные, как коктейль.

Пить не взбалтывая!

 

Светлана Маркевич

 

Поймали мы змею, и не одну змею.

Зиновьев! Каменев! На первую скамью!

Вам первым честь – припасть губами к смертной чаше!

Нет больше веры вам. Для нас уж вы мертвы.

(Демьян Бедный)

 

События 1937 года трактуются кем-то как гибель лучших людей страны от рук кровавых палачей, а кем-то – как спасение от «пятой колонны». Крайностей в оценках иногда трудно избежать, но еще труднее согласиться с тем, что лучше вовсе не вникать в сложную картину этих исторических событий. Действительно, легче всего смотреть на ситуацию упрощенно и признавать виновным за всё лишь одного человека (в данном случае – Сталина). Но такое отношение означает отказ от какого-либо стремления осмыслить исторические причины и последствия репрессий. 

И здесь самое время объяснить, почему же я представил в блоге эту книгу. Дело не в том, что я полностью разделяю или, наоборот, совсем не разделяю предложенную автором версию, которая, кстати, высказывалась ранее другими историками-архивистами. А дело в том, что период политических репрессий ХХ века в истории нашего многострадального Отечества воистину оброс мифологическими представлениями. И Юрий Емельянов попытался нарисовать историческую картину во всем ее противоречии.

Итак, обратимся к книге Юрия Емельянова, вышедшей в серии «Советская история» (издательство «Вече»).

Не входя в подробности, можно назвать следующие принципиальные моменты в версии Юрия Емельянова. Главными инициаторами массовых репрессий 1937 года были первые секретари обкомов и республик, не заинтересованные в конституционных реформах и альтернативных выборах. Приказ наркома Н.И. Ежова от 30 июля 1937 года «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов» возобновлял (по сути своей) Гражданскую войну, поскольку именно категориями этой войны только и мыслили как в НКВД, так и местные партийные руководители. Наконец, массовости этому трагическому процессу добавило то обстоятельство, что проведение жестоких репрессий отвечало господствующим настроениям в обществе.

Таким образом, назначив вождя народов единственной причиной этой трагедии, люди склонны игнорировать такие явления, как устранение с помощью НКВД конкурентов, чекистская «самодеятельность», межгрупповая партийная борьба, человеческая подлость... 

Возможно, существующая критика взглядов Юрия Емельянова и объясняется тем, что из его книги следует: виноватых-то – много, нельзя свалить всё на одного, а также тем, что напрашивается нелицеприятная мысль: люди, с моральной точки зрения, устроены далеко не идеально. Рассуждения же автора о Сталине по принципу «да, культ личности был, но была и личность» – это, по-моему, только зацепка для критики.

Теперь немного о содержании книги в целом.

Репрессии 1937 года автор поставил в более широкий исторический контекст, видя первопричины их в событиях, развивавшихся в предыдущие годы советской истории, и даже находя их истоки как в первые годы установления советской власти, так и еще раньше – до революции 1917 года. Автор подробно охарактеризовал фигуру Сталина и разобрал поименно тех, кто относился к партийной оппозиции. Подробно также разобран вопрос о социальном составе компартии, уровне образования ее членов. Не обойдены вниманием факты злоупотребления властным положением, разложения и беззакония тех, кто занял руководящие посты. Конечно, освещены темы убийства Кирова и новой Конституции СССР 1936 года как спусковых крючков для последовавших репрессий. Дана трактовка «заговора Тухачевского». И, естественно, представлена вся так называемая «ежовщина» от начала и до конца.

Соглашаться с выводами автора или нет, это дело читателя. Так или иначе, но есть хорошая возможность получить достаточно полный объем полезной информации. Более того, развернутые цитаты из выступлений партийных деятелей и рассмотрение марксистко-ленинской теории как инструмента, которым пользовались советские руководители, погрузят читателя в атмосферу тех лет.

Не скрою, что перед нами переиздание. Этому свидетельствует предисловие, в котором указывается, что после событий 1937 года прошло 75 лет. (Получается 2012 год.) Но неотредактированное заново предисловие – небольшой минус. 

«Преодоление власти мифов над общественным сознанием возможно лишь с помощью глубокого и всестороннего знакомства с советской историей», – пишет автор в заключении. Нельзя с ним не согласиться. Его книга – одна из возможностей такого преодоления. Однако, знакомясь с этой книгой, не стоит также забывать (как, впрочем, и в любом другом случае), что авторская позиция формируется на основе определенных убеждений, предпочтений и оценок и будет всегда субъективна в той или иной мере.

 

Дмитрий Кочетков

 

Но продуман распорядок действий,

И неотвратим конец пути.

Я один, все тонет в фарисействе.

Жизнь прожить – не поле перейти.

(Борис Пастернак)

 

Трехчастный роман-воспоминание «Перекати-мое-поле» – автобиографический. Главный герой, от имени которого ведется повествование в романе, как и сам Борис Федорович Споров в свое время, был арестован по политической 58-й статье. И следует недоумение: «Меня – всю жизнь голодного, всю жизнь молотящего, ничего реально не совершившего, ни на что не покусившегося – ведь я лишь усомнился и высказал свои сомнения вслух: по венгерским событиям, по комсомолу, по правам трудящегося человека; думал в дневниках, излагал думы в стихах и прозе для стенной печати – меня к ответу?» А дальше – лагеря. И уже хочется привычно добавить – сталинские, но это не так. Не сталинские, а лагеря времен хрущевской «оттепели». Отсюда у автора особое мнение: «...лагеря не порождение Сталина, а и лагеря и Сталин – закономерное явление системы...»

Третья часть «Перекати-мое-поле», представляющая собой не столько главы романа в традиционном понимании, сколько заметки «без обобщений», – прямая отсылка к произведениям А. Солженицына и В. Шаламова. В ней, как горькое свидетельство о темной изнанке советского строя, описывается лагерное существование заключенных. В первой же части, перекликающейся с лучшими образцами «деревенской прозы», – послевоенная сельская жизнь; во второй – послевоенная стройка. Перед нами – деревенские мальчишки, рано ставшие взрослыми, бабы, пашущие вместо лошадей, бывшие фронтовики, «воскресшие из мертвых» для новых тягот, зэки, согнанные на строительство Горьковской ГЭС... И у всех – мало повода для радости. Поэтому возникают непростые вопросы. Почему так живут люди? Зачем это надо – работать, вкалывать и не иметь порой даже необходимого? 

В произведении Бориса Спорова дан яркий образ того, как после окончания Великой Отечественной войны перемогал суровую жизнь простой человек. Это стебелек, который, несмотря на кажущуюся слабость, может проломить дорожное покрытие. Вот так и человек, прихлопнутый тяжелыми условиями послевоенной действительности, словно упрямый изуродованный и обугленный одуванчик, упорно лезет наружу, к солнцу. Но беда в том, что его опять могут закатать под асфальт.

Что же спасает? Только вера.

Главный герой романа, ощущающий всё сильнее чувство одиночества, ненужности в этой жизни, описывает свое состояние открытия Бога следующим образом:

«Для меня до очевидности обнажилось, что человек на земле одинок, и от этого одиночества не уйти – не спасут ни родители, ни дети, ни друзья. А для единомыслия не было идеалов, идей. Человек одинок перед собственной жизнью и смертью... И тогда же приходило сознание, что в таком одиночестве существовать человек не может – он должен иметь что-то и еще, иначе бессмысленность, иначе самоубийство... Рушились ложные представления о жизни, рушились взаимоотношения с людьми, рушился дубовый атеизм». 

Автор соединил в своем романе социальные и духовные проблемы. Главный герой не просто ведет речь о своем трудном житье-бытье, он пытается разгадать смысл жизни и смерти, понять, зачем и отчего так устроено человеческое существование.

Б.Ф. Споров – лауреат Патриаршей литературной премии за 2017 г.

 

Дмитрий Кочетков

Названный выше роман – основательное, объемное повествование о советской и постсоветской жизни, где много персонажей и хитросплетений сюжетных линий.

Главный герой произведения – Ольгерд (бабушка с именем удружила) Сергеевич Ванчуков. Именно его судьбу автор определяет как «грустную песню». 

Живет Ольгерд, на первый взгляд, в семье успешной и благополучной; делает карьеру его отец – инженер-металлург; хорошее образование и работа у матери нашего героя. Родился Ольгерд в Казахстане, но впоследствии семья переехала в Москву.

А у нашего героя постоянно присутствует чувство недолюбленности, ненужности. Да, не все гладко в семье Ванчуковых. Нет там главного: взаимопонимания, единения. Так получилось. 

«…живут люди: под одной крышей, десятилетиями заперты в тесную ячейку бытия, бок о бок, слыша дыхание; живут, спуская в канализацию отпущенное время; живут, друг друга не зная. Себя не зная», - пишет автор. И, к сожалению, нередко это бывает…

Ольгерд стал врачом-реаниматологом. В профессию он сознательно шел с 13 лет. И здесь тоже все не просто.

Хотел заниматься наукой, но не получилось по ряду обстоятельств. И произошло однажды такое, что Ольгерд понял: иногда для хорошего трудоустройства меньше всего нужны профессиональные достижения, а нужен всего лишь один телефонный звонок…

А был ли наш герой когда-нибудь по-настоящему счастлив? Да. Однажды он полюбил так, как любят только раз в жизни. Взаимно. Но счастье длилось очень недолго, потому что избранница Ольгерда умерла. Это навсегда стало его кровоточащей незаживающей душевной раной.

Много сказано и написано о 90-х годах прошлого столетия как периоде жестоком, проверявшем людей на выживание. Вот и Ольгерд Ванчуков был вынужден в это время уйти в бизнес – заниматься поставками медицинского оборудования.

Дела шли успешно, работал он на износ, добросовестно. Пришел заслуженный достаток. А душе его по-прежнему не было покоя…

Однажды он решил все изменить и в личной жизни, и в профессиональной деятельности. Принял твердое решение, но не суждено было тому случиться, потому что машина, где ехал Ольгерд Сергеевич, «полетела в лоб встречному самосвалу». Такой вот мощный заключительный аккорд грустной песни.

Книга Михаила Зуева – не развлекательное чтение, но при этом захватывающее. Наверное, потому, что роман «Грустная песня про Ванчукова» в какой-то степени о каждом из нас…

 

Светлана Титова

«Как жаль, что нельзя договориться с судьбой, 

кого надо любить…»

 

Вера Колочкова – один из любимых женщинами-читателями современный автор. И это не удивительно. Пишет она истории о нашей жизни, о женских судьбах и, конечно, о любви. Собственно, и название данного романа говорит само за себя. Вот только почему от любви надо бежать? И писательница рассказывает нам ещё одну из женских историй, которая вполне могла бы случиться в нашей жизни.

Жила-была девушка Зоя. Молодая, симпатичная, бойкая. Училась в университете. Дружила с хорошим мальчиком, но замуж за него не собиралась, да и вообще никакие страсти-мордасти ещё не бередили её душу. Всё было тихо и радостно. Да вдруг мама девушки, тоже ещё совсем молодая и симпатичная (вырастившая, кстати,  дочку одна, без отца), привела в их дом мужчину. Мужчину, которого любила всю жизнь и с которым наконец-то решила соединить свою судьбу. По законам всяких сказок и жутких историй, дальше должна бы начаться история о том, как жестокий отчим притеснял падчерицу, как изменилась мама, но ничего подобного не произошло. Саша – мамин муж - оказался человеком дружелюбным, сердечным, и стала семья дружно поживать уже втроём. И всё бы хорошо. И поставить бы в этой сказке точку, но…  Заболела Зоина мама, истаяла, как свечка, от неизлечимой болезни и умерла. И остались эти двое  людей, мамин муж Саша и дочка её Зоя, одни.  Немного времени прошло, когда они поняли, что объединяет их не только общее горе, но и другое чувство. Чувство, которое они тщательно скрывали даже от себя самих. Любовь. И так им это показалось и странно, и страшно, что оба попытались от этой любви убежать. Саша – как более старший и ответственный человек – просто ушёл. Сказал, что уходит к бывшей жене. А с Зоей стали происходить просто сказочные истории: то скоропалительное замужество, из которого она еле вырвалась; то появление родного отца, которого девушка и в глаза никогда не видела – к тому же богатого, состоятельного и заботливого. И опять же по сказочным канонам, объявился и принц – помощник отца, готовый хоть сейчас Зою взять замуж. Вот только хочет ли всего этого Зоя? «Понимаешь, - говорит она, - что-то гложет меня всё время… Да, всё красиво получилось, всё чудесно, как в сказке про Золушку… Бац – и ты на балу! Бац  -  и принц появился! Теперь осталось только свадьбу сыграть да жить себе во дворце припеваючи… А я почему-то никакого счастья внутри не чувствую…»

Не буду пересказывать вам, что было с нашей Золушкой дальше. До финала ещё далеко, а в жизни разные финалы у сказок бывают.  Но во всех сказках любовь и добро всегда побеждают.

 

Валерия Базлова

«...разумным делают человека природа, путешествия и люди, которые не сидят всю жизнь на одном месте»

(Михаил Николаевич Задорнов)

 

 

Начну с мелочей, но таких, которые и формируют представление о книге и её героях.

Вот, например, первое предложение книжной аннотации характеризует главного героя как следователя: «Цикл историй о сибирских приключениях следователя Олега Бероева». И надо сказать, оно несколько сбивает с толку. Потому, что если следователь, то сразу представляется сотрудник МВД. Однако Олег Бероев – кинооператор и путешественник, вечный бродяга и женолюб, хотя и прозванный впоследствии Следопытом, – в милиции ни дня не работал. Впрочем, в зрелые годы он становится начальником опергруппы охотуправления, но это, согласитесь, не одно и то же.

А вот художник порадовал. Читаем описание главного героя: «...плотный, среднего роста мужчина с крупным, как говорят, корабельным носом на широком смуглом лице. Шкиперская бородка вдоль скул и подбородка... Жёсткие волосы, густые брови – без признаков седины. Был он в тугом, плотной вязки свитере, в унтах». А теперь посмотрим на обложку. Похож!

Итак, три повести, вошедшие в сборник «Следопыт Бероев», объединены фигурой главного героя, чей колоритный портрет мы только что осмотрели. В первом произведении («Студёные воды Арктики») ему 27 лет, в повести «Инкогнито из МВД» – лет пятьдесят, а третья повесть «Болотный Дед» возвращает к временам окончания школы – перед нами семнадцатилетний следопыт, решивший со школьной скамьи поступать во ВГИК на операторский. То середина 1960-х, то 1988 год, то только-только отгремел ХХ съезд с фестивалем пятьдесят седьмого года. Времена – советские. Нельзя сказать, что это просто занимательная декорация, на фоне которой разворачиваются приключения. Точно переданы ожидания (сродни идиллическим) у творческой интеллигенции после ХХ съезда: «Ошалелая от свободы страна. Спутники, устремившиеся в космос! Торжество гуманизма!». Метко схвачена суть перестройки: «Вот уж раздолье браконьерам. Да и в других отраслях, куда ни глянь, то же самое. Сомневаюсь, не браконьеры ли перестройку затеяли?». В произведениях затрагиваются важные экологические (чистота озера Байкал) и социальные проблемы (спаивание представителей коренного населения Крайнего Севера). Но всё-таки приключения в повестях Семёна Данилюка – главное.

Повести – разные. В смысле сюжетного разнообразия и отсутствия стандартных схем изложения. Во второй повести инкогнито очень быстро раскрывается, и я, наверное, не согрешу ни перед автором, ни перед читателем, если скажу, что Семён Данилюк в ней – еще и второй (после Бероева) главный герой, от имени которого ведется повествование. Надо отметить, себя автор не пожалел, передав свои способности к сыску Олегу Бероеву, а Данилюка-героя выставив «кабинетным подполковником». А передавать, кстати, было что. С.А. Данилюк многие годы работал в системе МВД. Так что всё то, о чем он пишет, ему хорошо знакомо.

Но вернёмся к Олегу Бероеву. Это тоже не ходульный персонаж, выдуманный неуёмной фантазией. У него есть реальный прототип – Александр Петрович Галаджев, путешественник и кинооператор, работавший в знаменитом «Клубе кинопутешествий». Сборник посвящен памяти А.П. Галаджева. Однако в тексте повести «Инкогнито из МВД» имеется еще и своеобразная «оговорка по Фрейду»: в одном из предложений вместо «Бероев» напечатано «Галаджев» (на с. 207 представленного издания*). Намеренно это сделано или нет, не знаю. Но если говорить о редакторской работе над текстом, то я заметил один казусный недочет (на с. 287): «Как говорится, или грудь в кустах, или голова в кустах!» (За неимением орденов появляется странная альтернатива.) Впрочем, общее впечатление от книги это не портит.

Вот теперь и оставим «мелочи», поскольку пора сказать о том, насколько позитивное впечатление производят повести сборника в целом. Позвольте, я коротко перечислю то, с чем обычно связаны ожидания современного читателя относительно приключенческой литературы и в чем повести Семёна Данилюка эти ожидания отнюдь не обманывают. 

Увлекательный сюжет.

Неожиданный финал.

Живые диалоги.

Кроме того, описываемые события легко представимы визуально. Для современного человека, привыкшего к кино и видеороликам в Интернете, это тоже будет немаловажно.

И еще. Очень удачны, на мой взгляд, образы бойких представительниц женского пола. Наверное, поэтому «вечный бродяга» Бероев в пятьдесят всё-таки женится. Отдельная интрига!

 

Дмитрий Кочетков

 

 

"Платон уверял, что люди похожи на марионеток: страсти тянут их в разные стороны, как нити тянут марионетку, но человек должен подчинять свою волю только одной нити  ̶  золотой нити разума".  

Е. Я. Данько "Деревянные актеры"

 

Талантливый человек талантлив во всем. Елена Яковлевна Данько  ̶ советская писательница, поэтесса и художница. Виталий Бианки называл ее "умнейшей женщиной Ленинграда". В 1931 году из-под ее пера вышла замечательная детская повесть "Деревянные актёры" о приключениях двух юных бродячих артистов. 

Оставшись сиротой, Джузеппе был отдан в услужение злой и жадной рыбной торговке, но волею судьбы оказался вовлечен в волшебный мир театра марионеток. Околдованный увиденным, он во что бы то ни стало решает освоить непростое, но интересное ремесло резчика кукол. Однажды он знакомится с Паскуале  ̶  таким же обездоленным мальчиком, прежде жившем в монастырском приюте. При поддержке добрых людей новые друзья отправляются странствовать по свету, проделывая полный лишений и невзгод, печалей и радостей долгий путь от Венеции до Парижа. В дороге они испытывали холод и голод. Ясные дни сменялись пасмурными, лесистые холмы заснеженными вершинами, а грозные цепочки гор, то смыкались, то размыкались у них над головами. На широких просторах Европы ребята знакомились как со знатными особами, так и с простолюдинами, с баснословно богатыми и унизительно бедными, с широкими душой и нищими духом. Где-то их хорошо принимали, охотно предоставляя пищу и кров, а откуда-то, напротив, жестоко гнали прочь. На шумных площадях и постоялых дворах, в парках роскошных замков и на деревенских перекрестках, Джузеппе и Паскуале расставляли свои пестрые линялые ширмы, чтобы представить на суд публике свои скромные представления. А когда в ловких руках находчивых кукловодов оживали маленькие деревянные человечки, зрители приходили в настоящий восторг. Ведь эти озорные, задиристые, никогда неунывающие марионетки в крохотных шелковых платьях и бархатных кафтанчиках смело высмеивали все людские пороки и восхваляли добродетели.  

Обязательно познакомьтесь (если вы еще не знакомы) с "Деревянными актерами" Елены Яковлевны Данько. Обещаю, вы не разочаруетесь. Ведь эта удивительная сказка странствий учит любить, прощать, сострадать, правильно расставлять приоритеты, верить в себя и окружающих.

 

Александра Разина

То, что пандемия и «ковидные времена» не пройдут для нас бесследно, ясно было сразу. И дело не только в медицинских проблемах и потерях, которые, увы! есть у каждого из нас. След – у кого-то больший, у кого-то меньший – остался в нашей психике, в нашем сознании. И понятно было, что когда человечество хоть чуточку оклемается, появятся Продукты – будь то искусство или литература, где будет рассказано о том, что человечество пережило. (Или ещё только переживает?) Литература такая уже появилась. Но я никогда не думала, что могут появиться в числе первых такие вот детективы, один из которых я и хочу вам представить. Итак, известный автор детективного жанра Татьяна Степанова и её новая книга «Перекрёсток трёх дорог».

Я долго раздумывала, стоит ли писать об этой книге и предлагать её к прочтению – уж слишком страшная история в ней описана.  Но проблемы пандемии и ковида, которые всех нас задели, стали тем «отрицательным стимулом», которые подвигли меня о ней рассказать. О том, что может случиться, если страх парализует сознание, а защита от напасти может выглядеть таким ужасным образом. 

Одна из читательниц оставила такой отзыв об этой книге в интернете, который полностью совпадает с моим ощущением:  «Я, как та мышь, которая плакала, кололась, но кактус жрала. Ведь зарекалась не покупать некоторых авторов до лучших времен. Но нет, отпуск, море, расслабуха, душа требует коктейлей и детективов. Что сказать о книге? Если честно, говорить не хочется, хочется плакать». Не буду продолжать дальше её цитировать. У меня не столь критичный «разбор полётов». Но в чём читательница абсолютно права, это в том, что книга страшная. Страшная и по сути своей, и по деталям описываемых преступлений. Можно бы и помягче, сюжет бы от этого не пострадал. Но, как говорится, что имеем, то имеем. Не нам воспитывать автора. Хочу, как всегда, предупредить читателей особенно чувствительных и восприимчивых: в книге много кровавых описаний и жестокостей. Если вас это сильно угнетает, не берите книгу в руки, потому что, уже начав читать первую главу, вы не сможете оторваться и, как та мышь, «плача и колясь», будете читать дальше, чтобы понять, что же происходит. В этом-то, собственно, и заключается особый магнетизм детективов Татьяны Степановой – сюжеты держат. В чём же сюжет данной книги?   В городе происходит серия странных, обставленных с устрашающей и нарочитой жестокостью, убийств.  Каждый раз новую жертву находят на перекрестке трех дорог – как известно, месте сакральном и мистическом. Однако неопровержимые улики доказывают, что убийца  – не один и тот же человек, а разные люди. Объединяют преступления только места нахождения трупов – перекрёстки да некоторые особенности преступлений. Шефу криминальной полиции области полковнику Гущину и его напарникам Клавдию Мамонтову и Макару Псалтырникову предстоит разгадать эту детективно-мистическую головоломку. Как это связано с пандемией, о которой я говорила? Самым непосредственным образом. Кстати, и одного из главных героев романа автор не пощадил: полковник Гущин изображён человеком тяжело переболевшим ковидом со всеми вытекающими последствиями. Так что маски и перчатки присутствуют в романе как непременные атрибуты и акцент времени.

 

Валерия Базлова

Роман «Божий дар» относится к циклу «Дела судебные».

Главная героиня произведения – судья Елена Кузнецова. Однажды ей довелось вести два дела одновременно: первое касалось судьбы ребенка, выношенного суррогатной матерью; во втором случае речь шла о лишении родительских прав.

Итак, обеспеченная супружеская пара американцев, работавших в России, очень хотела стать родителями. Но не случилось.

Молодая, привлекательная, здоровая русская женщина Людмила очень нуждалась материально: на ее попечении находились дочь и мама-пенсионерка.

Из Пензенской области Люда приехала на заработки в Москву. Работала много, на износ, но решить свои проблемы так и не смогла. И однажды она приняла решение стать суррогатной матерью для состоятельной супружеской четы. Разумеется, за очень приличное вознаграждение.

Так пересеклись судьбы супругов Джонсон и Людмилы.

Все шло четко по плану. А потом произошел сбой: суррогатная мать отказалась отдать ребенка его биологическим родителям. Вопреки всем доводам здравого рассудка; просто включился материнский инстинкт.

А вот у Нины Калмыковой – фигурантки другого дела, рассматриваемого судьей Кузнецовой, – материнский инстинкт отсутствовал напрочь. Нет, она не вела асоциальный образ жизни, просто не нужен ей был двухлетний сын Дима, которого Калмыкова оставляла одного на целый день…

Судья приняла решение лишить ее родительских прав и определить ребенка в дом малютки.

Жизнь во многом непредсказуема, и так иногда тасует карты, пересекая людские судьбы и разводя их, что самая буйная писательская фантазия не может быть ей конкурентом. И свела однажды эта самая жизнь Диму Калмыкова и супругов Джонсон, которые вдруг поняли: вот он, их сын…

«…если Бог закрыл дверь, вполне может быть, что он оставил где-то открытым окошко», – такая мысль неоднократно посещала супругов Джонсон. Так и оказалось.

Книга «Божий дар» – о сложности семейных отношений, об ответственности и безответственности взрослых, заложниками которой становятся дети.

В книге – счастливая развязка, но в реальной жизни так, увы, бывает редко. «И от этого хочется биться головой стену» одному из персонажей книги. Не надо биться: если сможешь что-то сделать для разрешения ситуации, хотя бы чуть-чуть, сделай, как, например, Инга Оттовна, директор дома малютки.

«Эмблемой ее любви… стало бы не кровоточащее сердце, а… батарея центрального отопления – штука прозаическая…, но чертовски необходимая в холодное время года». Вот такое интересное сравнение.

Роман читается легко, но он не из тех книг, которые прочитал и забыл; «Божий дар» так или иначе оставит след в вашей душе.

 

Светлана Титова

Существовать – значит, быть воспринимаемым. 

Беркли

 

Виктория Платова стала писать совсем редко. Жаль. Неординарный автор, изысканно дополняющий пеструю картину под названием «российский женский детектив».

Кстати, «женский» здесь пол автора, по этой причине и герои - неординарные, эмоциональные, часто отбрасывающие железную логику кулака и пистолета. Но никаких романтических отношений на страницах этого романа вы не встретите.

Как и в предыдущей «Ловушке для птиц», действующие лица здесь те же: следак Брагин и помощник его Паша Однолет. А также другие экзотические лица. Любит сей автор заковыристые фамилии, навроде патологоанатома Пасхавера. Ну а что, колоритный дядька получился! И не только благодаря фамилии.

Умеет Платова плести словесные кружева, невзначай выдавать детальку тут, детальку там, глядишь – а уже и герои книг оживают. Ты думаешь о них, пытаешься понять, какими извилистыми путями бродит мысль следователя. А вот я бы подумала скорее на того. А он, видите ли, другого заподозрил. Как так?

Признаки совершенно классического полицейского детектива перемежаются в этой книге с мыслями девушки, запертой в темной Комнате. И прикованной за лодыжку к стене. 

Да-да. Наши доблестные полицейские ловят маньяка. Одна из жертв сидит, ругает себя за беспечность, горюет о несбывшемся. И, кстати, Платова мастерски запутывает читателя. Невозможно понять, кто это. Она уже мертва? Это записи первой жертвы? Или это новенькая и есть шанс ее спасти?

Маньяк играет в свои маньячьи игры. В дело вступает прикомандированная для усиления группы психологиня из самой Москвы. Детективы злятся, детективы бесятся, детективы признают ее правоту. Иногда.

Книга наполнена под завязку странными персонажами. Они будоражат любопытство. Читательский мозг начинает подставлять каждого нового фигуранта в клеточку экселевской таблицы: вот это мог бы стать зачетным маньяком!

Должна предупредить, рискуя раскрыть карты. Самая последняя строка этой книги, изданной в 2020 году, – «продолжение следует…» А больше книг не выходило, вот печаль!

Я, как в стену врезалась, дойдя до финала. Нет у меня привычки заглядывать на последнюю страницу, знаете ли. Но считаю обязанной сказать об этом. 

Да, маньяк пойман, но… А вот тут промолчу. Ибо неинтересно будет читать этот изумительно изящный, я бы сказала, барочный детектив.

Логическая точка в финале имеется. Большая и жирная. Так что читайте смело.

 

Светлана Маркевич

Прошлое может тихо сидеть в нас, а потом взорваться, как взрывается бомба с заведенным часовым механизмом. На клеточном уровне наше тело не забывает прошлое.

Эта книга - жизненная трагедия, пережитая главной героиней Лизой. Вернее, трагедия случилась давно, когда Лизе было пять лет, но всё произошло на её глазах. Впоследствии, повзрослев, Лизу мучают отголоски того кошмара и чтобы разобраться во всем этом, она снимает комнату в том самом доме, где всё это случилось. Это я забегаю вперед, конечно. Начинается повествование с того, что девушка Лиза снимает уютную комнату в красивом доме и под старыми обоями находит предсмертные записи одного человека. Сама девушка необычная, она страдает лунатизмом и неуравновешенностью. Хозяева тоже со странностями, в доме много чего происходит непонятного. 

Сначала даже не понимаешь, что к чему. Много тайн, необычных происшествий, переплетений с прошлым. Всё так запутанно и необычно. Но когда доходишь до развязки, все встает на свои места. Однако... Много чего намешано, а сюжет, как всегда, банален. Измена, ревность и трагические последствия. Тут и триллер, и драма, и психологические приемы, и травмированная детская душа, пытающая найти свое место в этом безумном мире. Много вопросов, требующих ответа. Где реальность, где сумасшедшая фантазия героини, разобраться сложно. Неоднозначный отзыв у меня на эту книгу. Читая, по крупицам воссоздаешь истинную картину происходящего. В чём автор преуспел, так это в нагнетании атмосферы: настоящая головоломка с жуткими моментами! Да и сама героиня с суицидальными наклонностями и психической нестабильностью заслуживает особого внимания. Не давало ей покоя её прошлое, как камень висело оно на её шее. Финальная точка принесла ей, наконец-то, успокоение. Вот уж воистину, разберись в себе, в своем прошлом, разложи все по полочкам, и жить станет намного легче. Настоящая психологическая драма, заставляющая взглянуть внутрь себя, чтобы упорядочить свое мировосприятие.

 

Ольга Староверова

Дерсу Узала и его верный друг и скромный автор – как Пятница и Робинзон из бессмертного произведения Даниеля Дефо – давно стали лучшими друзьями каждого из нас.

( «От Издательства», из представленной книги)

 

150 лет назад родился Владимир Клавдиевич Арсеньев (1872-1930) – первопроходец Уссурийского края, географ и этнограф, посвятивший Дальнему Востоку всю свою жизнь и воспевший его в своих произведениях. Российский Дальний Восток нельзя представить без этого человека, недаром его имя нашло достойное место на географических картах: в Приморском крае есть город Арсеньев.

Среди его обширного наследия (напомню, что еще при жизни Владимира Клавдиевича планировали издать десятитомное собрание его произведений) нам особенно хорошо известны два документальных романа, без сомнения, выдержавших проверку временем и сохранивших читательскую любовь. Это «По Уссурийскому краю» и «Дерсу Узала», связанные между собой тематически.

Романы содержат массу сведений по географии, геологии, ботанике и зоологии Уссурийского края. Но если бы только этими сведениями ограничивались написанные В.К. Арсеньевым произведения, то интересны они были бы лишь узкому кругу ученых и такому же узкому кругу любителей, увлеченных Дальним Востоком так, как был увлечен им сам Владимир Клавдиевич. Нет, его книги дают яркие картины быта жителей края и высвечивают некоторые социальные проблемы. Например, жестокое обращение с туземным населением. Аборигены края серьезно пострадали от нашествия китайцев, нещадно их эксплуатировавших. Впрочем, среди жестоких эксплуататоров были не только китайцы. Еще одна проблема, кстати, не потерявшая злободневности, – это отношение к природе. В.К. Арсеньев пишет о хищническом отношении к природе со стороны китайцев, бесхозяйственном – со стороны русских концессионеров. Но особенно увлекают читателя, конечно же, приключения с множеством ситуаций, когда невозможно не сопереживать героям: то тигры, то хунхузы, то трудные погодные условия...

Безусловно, наибольшими симпатиями пользуется главный персонаж романов – нанаец (по-старому, гольд) Дерсу Узала. Он настолько колоритен и самобытен, что некоторым (по всей видимости, произведений не читавшим, но наслышанным о них) уже кажется, что Дерсу был выдуман, как и герои приключенческих романов об американских индейцах. О подлинном существовании Дерсу свидетельствуют не только установленный в городе Арсеньеве памятник, гранитная глыба на месте его гибели в поселке Корфовский, названная его именем скала в Приморье, но и прижизненные фотографии, запечатлевшие его таким, каким он был в начале ХХ века.

Надо сказать, что именно Дерсу Узала заставил автора серьезно задуматься о существующих отношениях цивилизованных людей и сравнить их с отношениями так называемых дикарей: «Раньше я думал, что эгоизм особенно свойствен дикому человеку, а чувство гуманности, человеколюбия и внимания к чужому интересу присуще только европейцам. Не ошибся ли я?» Гибель Дерсу от рук беглых каторжников стала личной трагедией Владимира Арсеньева.

Документальные романы В.К. Арсеньева переведены более чем на 30 языков, а японский режиссер Акира Куросава снял по их мотивам фильм «Дерсу Узала» (1975), получивший премию «Оскар». Издание романов В.К. Арсеньева, осуществленное Русским географическим обществом, внесло заметный вклад в популяризацию наследия этого знаменитого путешественника. Данное издание, вышедшее в серии «Великие русские путешественники», прекрасно иллюстрировано, имеет все необходимые комментарии и пояснения, а также краткий биографический очерк, раскрывающий непростую судьбу В.К. Арсеньева.

 

Дмитрий Кочетков

О тех, кто покинул этот мир, – либо хорошо, либо ничего. Так обычно говорят. Но думаю, что политиков и государственных деятелей, чьи имена прочно связаны с той или иной исторической эпохой, следовательно, и со всем, что было тогда как положительного, так и отрицательного, вышеприведенное утверждение не может касаться в полной мере. Иначе нельзя бы было и оценить события, и подвести итоги, и сделать выводы.

Книга Валерия Легостаева дает негативную оценку правлению М.С. Горбачева. Это не удивительно. Если наряду с личными свободами были дарованы народу дефицит товаров и административный беспорядок, а вместо удачных политических реформ – развал и уничтожение государства, то те, кто называет себя патриотом своей Родины, раз за разом будут задаваться вопросом: «А что это было? Некомпетентность?»

Да, история – объективный процесс. К моменту прихода к власти М.С. Горбачева в СССР назрели реформы. Но многое зависит и от субъективного фактора – пресловутой роли личности в истории. Каким стало воплощение назревших реформ и к каким пришли результатам – это как раз и определили те, у кого в руках была власть.

А теперь непосредственно об авторе и его книге.

Сразу уточню, что книга «Как Горбачев “прорвался во власть”» не столько о самом Михаиле Сергеевиче, сколько о той Системе, которая выталкивала наверх, увы, не самых талантливых организаторов и стратегов. Почему так могло происходить? Виновато вырождение Системы или интриги внутри «серпентария единомышленников», банальная борьба за власть? У автора здесь свое видение ситуации. 

В.М. Легостаев был первым помощником члена Политбюро ЦК КПСС Е.К. Лигачева. В 1980-е годы он вел дневниковые записи, которые послужили основой для написания представленной книги, рассказывающей о событиях, начиная со смерти генсека Л.И. Брежнева (10 ноября 1982 г.) и заканчивая созданием ГКЧП (19-21 августа 1991 г.). Главный вопрос, на который пытается ответить автор: «Как Горбачев оказался на вершине власти?»

Чем же интересна его книга с читательской точки зрения? Я бы отметил два момента.

Первое – это любопытная и не лишенная оснований интерпретация темной роли Ю.В. Андропова, способствовавшего продвижению Горбачева на самый верх партийной номенклатуры. Автор перечисляет ряд событий, которые, согласно его версии, являются не случайными, а рукотворными. И эти творческие руки были из КГБ, который возглавлял Андропов. Автором упоминаются «труднообъяснимый несчастный случай с членом Политбюро, Председателем Совмина СССР Косыгиным, необратимо подорвавший его здоровье (август 1976 года); трагическая гибель в обстоятельствах неправдоподобной халатности со стороны служб КГБ кандидата в члены Политбюро, Первого секретаря ЦК КП Белоруссии Машерова (октябрь 1980 года)» и многое другое, что я не берусь вслед за автором утверждать или, наоборот, опровергать, или даже как-то комментировать. Это версия автора. К этому и надо так относиться. Но читать интересно.

Второе – это глава, посвященная книге английского посла Р. Бретвейта «Перевернувшийся мир. За Москвой-рекой». Конечно, можно обратиться непосредственно к произведению британского дипломата, но комментарии Валерия Легостаева, весьма едкие, полные иронии и сарказма, сами по себе являются литературной изюминкой. Притом с перцем. (Хотя не знаю, возможно ли в жизни такое сочетание изюма с перцем буквально.)

Примечательно описание «отца перестройки» Александра Яковлева, данное английским послом в упомянутой книге: «На своих фотографиях Яковлев походил на страдающую поносом лягушку. Однако в жизни он производил более приятное впечатление...» Согласитесь, это образец безусловно «равного» и безукоризненно «уважительного» отношения английского дипломата, явленный по адресу идейного «друга», проживающего не в «цивилизованной» Великобритании, а в «варварской» России! (Мою иронию, я надеюсь, вы тоже раскусили.) Вообще, произведение Р. Бретвейта – шедевр литературной русофобии тот еще! И тут возникает вопрос. Кто-то из «прорабов перестройки» и «вождей демократии» всерьез полагал, что их допустят на Запад как равноправных и уважаемых политических партнеров?!

В целом, книга Валерия Легостаева – хорошее напоминание о нашем недавнем прошлом. И повод задуматься о настоящем. Но выражает ли она мнение обиженного человека, входившего во времена оны в ЦК КПСС, или созвучна оценкам значительной части населения страны? Это уже пусть решит читатель.

 

Дмитрий Кочетков

«Если ты увидишь на дороге большую тыкву, не спеши пройти мимо. Вдруг это та самая тыква, в которой живут Гном Гномыч, поросенок Изюмка  и хомячок Фадейка?!»

 

Есть такие книжки, которые помнишь с детства и при воспоминании о которых так тепло становится на душе. Одна из таких любимых книг, читанная-перечитанная в детстве не сосчитать сколько раз, - «Гном Гномыч и Изюмка». Это сказка про гнома, которого все знакомые и друзья называли исключительно уважительно Гном Гномыч, и про маленького поросенка Изюмку. С появлением Изюмки размеренная жизнь Гном Гномыча   совершенно меняется. Изюмка – добродушный, живой и шаловливый, а порой он бывает капризный и не прочь полениться – в общем, как и все маленькие дети. А Гном Гномыч, мудрый наставник, старается воспитывать его добродушно, ненавязчиво и терпеливо. Другие персонажи этой сказки тоже очень милые и симпатичные: там есть и Зайчик Филя, и Мышка Кишмишка, и дядя Грач, и малыш-хомячок Фадейка. И с ними происходят разные забавные  истории. 

Вся книга очень светлая, уютная и теплая. Ее могут читать дети как самостоятельно, так и вместе с родителями, и обсуждать те или иные ситуации, в которые попадают сказочные герои, и как эти ситуации похожи на те, которые порой случаются у детей в реальной жизни.

Не могу не сказать об авторе этой чудесной сказки. Это - венгерская писательница Агнеш Балинт (1922-2008), одна из основателей детского телевидения в Венгрии, писатель и переводчик. Вместе с единомышленниками Агнеш выпустила ряд телепередач с веселыми кукольными героями. Одним из популярных героев был Изюмка. При ее участии были созданы как просветительские, так и развлекательные телепередачи, очень популярные у венгерских детей. 

 

 

Татьяна Смирнова

Демет Алтынйелеклиоглу «Хюрем, наложница из Московии»

Наталья Павлищева «Роксолана-Хуррем и её «Великолепный век»

Павел Загребельный «Роксолана»

 

«А если и в раю тебя не будет –

Не надо рая!..»

Строчки стихов, написанные султаном  Сулейманом

после смерти любимой Хюррем

 

 

Я никогда не писала в своих рецензиях сразу о нескольких книгах. Но сегодня мне хочется объединить несколько изданий разных авторов для того, чтобы читатель смог выбрать что-то по своему вкусу, или же перечитать их все, найдя в каждой что-то интересное и нужное.

В 60-х годах прошлого столетия огромной популярностью пользовался сериал о прекрасной золотоволосой Анжелике. Интриги и сокрушительная красота героини в фильмах «Анжелика – маркиза ангелов», «Анжелика и король» и прочих оставили свой след у целого поколения зрителей. Прошли десятилетия, и мир вспомнил ещё об одной красавице, вершившей судьбы не только влюблённых в неё мужчин, но и целой страны – Хюррем  (урождённой славянке Александре Лисовской, известной ещё под именами Анастасия,  Хуррем и Роксолана), наложнице, а позднее и законной супруге султана Османской империи Сулеймана. В отличие от прекрасной Анжелики, лицо историческое. А помог нам её вспомнить 155-серийный турецкий телевизионный фильм «Великолепный век». Фильм, завораживающий красотой и мастерством игры подобранных актёров, нескончаемыми интригами, соседством лирических сцен с жестокими убийствами, исторической достоверностью и искусным художественным вымыслом. Демонстрация первого сезона фильма началась на  наших экранах в 2012 году, пятый (последний сезон фильма) закончился в 2015 году. Весной этого года полный фильм снова повторяет для нас «Домашний канал». Книги, которые я предлагаю  - это для тех, кто хочет дополнить свои знания о Великолепном века Сулеймана и его супруги Хюррем. 

Принято считать, что в основу либретто фильма «Великолепный век» положена книга турецкой писательницы Демет Алтынйелеклиоглу «Хюрем, наложница из Московии». Чтобы создать этот роман, автору пришлось изрядно потрудиться, поднять архивы, прочитать уйму исторических источников. И в итоге создать книгу, которая покорила и Турцию, и Европу и своей популярностью вдохновила продюсеров на создание знаменитого сериала. Несомненно, книга несколько отличается от фильма, но читатель может найти между строк романа то, что пропустил в фильме. В свою очередь просмотренный фильм будет иллюстрацией книжного описания. К сожалению, в данном издании фотографий нет, кроме подлинных портретов Сулеймана и Хюррем на обложке.

Книга «Роксолана – Хуррем и её «Великолепный век» Натальи Павлищевой имеет подзаголовок «Тайны гарема и Стамбульского двора» и дополнит предыдущее издание. В ней мало о политике и об интригах, но много о любви. В ней вы найдёте переводы стихов, которые Сулейман писал своей любимой, а она ему. Прочтёте фрагменты писем Хуррем к повелителю. Узнаете о традициях гарема. О том, как принято было одеваться женщинам и детям.  О том, что ели, пили и как готовили турецкие сладости, как варили кофе по-турецки. Как протекала жизнь не только наложниц в гареме, но и   семейная жизнь Сулеймана и Хуррем, проживших вместе 36 лет.

Если говорить о книгах, рассказывающих об Александре – Хюррем – Роксолане, то, несомненно, в данной подборке хронологически первое место занимает роман Павла Архиповича Загребельного «Роксолана», вышедшего ещё в 80-х годах прошлого столетия.  Роман объёмный, с подробным описанием событий, написанный по всем канонам художественного произведения в жанре исторического романа, с пояснениями и послесловием автора. В своё время, после выхода романа, им зачитывались. Думаю, и сегодня найдутся желающие это произведение прочитать.

 

Валерия Базлова

Я отношу себя к тем, кто перечитал всё собрание сочинений Елены Михалковой, очень люблю этого автора и с интересом ожидаю каждую новую книгу. Но чем больше я читаю Михалкову, тем больше убеждаюсь в том, что представлять её произведения как детективы (пусть даже психологические детективы) не совсем верно. Если говорить проще, чем дальше, тем больше в произведениях данного автора проступает психология поступков героев, а детективная составляющая отступает на задний план. Конечно, она присутствует и выступает в роли завязки, но, мне кажется, она не имеет такого привлекающего и увлекающего значения, как в детективах других писателей. Конечно, я высказываю собственное мнение, но ощущение у меня складывается такое, что с каждой новой книгой действия, происходящие в романе, описываются всё менее динамично, а развязка становится не так уж и важна. И не потому, что становится скучно, а потому что автор между делом описывает так много интересных вещей, что вопрос кто кого убил как бы отходит на второй план.

Всё, что я написала, в полной мере относится к роману Елены Михалковой «Тот, кто ловит мотыльков». Читателей удивит построение книги. Практически под одной обложкой они прочтут сразу два детектива, две истории, которые сюжетом между собой совершенно никак не связаны. Единственным связующим звеном будут лишь главные герои романа, ведущие расследования. Уже известные по предыдущим произведениям Михалковой частные детективы Макар Илюшин и Сергей Бабкин, расследующие дело о пропавшей в городе женщине. И Маша, жена Сергея, втянутая в загадочную, почти мистическую историю, оказавшаяся в глухой заброшенной деревушке  и поневоле выступающая в роли мисс Марпл. Звонки по телефону между  Сергеем и Машей будут единственным соединяющим эти истории звеном. Читатель до конца довольно объёмной книги будет ждать, что где-то всё сойдётся под общим знаменателем, но, увы! такого не случится. И это будет ещё одной из особенностей данного романа. Честно признаюсь, до самых последних глав книги я никак не могла понять, что эти истории объединяет. И только прочитав последние главы каждой из двух рассказанных автором историй, это поняла. Подсказывать не буду. Думаю, каждому из читателей захочется самим дойти до смысла, заложенного в романе. А общий заголовок, придуманный автором, точно определяет смысл обоих детективов.

Скажу сразу, не все читатели оценили замысел и сюжет данной книги. Кому-то, кто любит спокойное неторопливое повествование, она понравилась. Тем, кто ценит динамику и лихо закрученный сюжет, она может показаться излишне затянутой. Но хочется отметить, как всегда, хороший язык, интересные персонажи и собственные суждения автора, которые просматриваются между строчек. 

Читайте не торопясь и с удовольствием!

 

Валерия Базлова

 

Бизнесмен Андрей Иванов не был счастливым человеком, потому что для счастья нужно не только материальное благополучие: для этого нужна в первую очередь – для большинства - семья, где царят любовь и взаимопонимание. 

Любимая жена Иванова была убита; дочь, за жизнь которой он постоянно опасался, настигла подобная участь. И тогда, когда из тюрьмы вернулся убийца матери…

Что это – месть? Или нечто другое?

Книга  Романовой – не просто детективное расследование, она – в первую очередь –  о другом.

О том, например, что за решетку может попасть человек, не совершавший преступления. Именно так получилось с неким Харитоновым, обвиненным в свое время в убийстве Ангелины Ивановой.

Десять лет провел человек в местах лишения свободы, вышел на волю. И понял, что прежней жизни у него уже никогда не будет: на нем – несмываемое клеймо преступника, он всегда подозреваемый номер один. И человек приходит к мысли, что обезопасить себя может только он сам. А для этого ему везде нужно находиться под камерами видеонаблюдения. Даже в собственной квартире. И ведь прав он оказался! Только лишь поминутная фиксация личной жизни спасла его от очередного обвинения.

Не десять лет жизни украли у человека – всю ее. Так получается.

А кто же был настоящим убийцей?

Тот, кто всегда находился рядом с Ивановым, тот, которому предприниматель безоговорочно доверял во всем...

История Светланы – дочери бизнесмена – в какой-то степени иллюстрирует нравы современного общества.

Накануне гибели Света крупно поссорилась с подругами: приятельницы объяснили девушке, что ее новый знакомый Егор – не пара состоятельной девушке, он не вписывается в их круг.

Егор попал в число подозреваемых, но допросить его долго не могли: пропал парень. 

А как лучше всего спрятаться? Быть на виду у того, кто тебя ищет. Так молодой человек и поступил.

Он не был виноват в смерти девушки. Виноваты были другие… 

И еще одну неновую тему обыгрывает книга: «Нас выбирают, мы выбираем, как это часто не совпадает…» Почему? Вопрос без ответа.

Произведения Галины Романовой – это сплав интриг, эмоций, непростых жизненных ситуаций. «К северу от любви» - не исключение.

 

Светлана Титова

"Главная цель религии не в том, чтобы поселить человека на небесах,  а в том, чтобы поселить небеса в его душе".

Томас Харди - английский писатель и поэт.

 

История религии неразрывно связана с историей человечества. Первые люди на земле поклонялись животным и природным явлениям. Богов старались всячески задобрить, поднося дары и принося жертвы. Позднее возникли основные мировые религии: буддизм, христианство и ислам, а с ними и три великие книги: Веды, Коран и Библия. 

Основатель буддизма (VI в. до н.э.) – духовный учитель Будда Гаутама. Для буддийской культуры характерны культ Будды, монашество, аскетизм, отрешенность от мира, индивидуализм. Главными в учении являются этические нормы поведения человека. Через нравственность, размышление и созерцание человек постигает истину. 

Основателем ислама, самой молодой из мировых религий (VII в. н.э.), является пророк Мухаммед. Культ Аллаха выливается в идею предопределенности человеческой судьбы. Богобоязненность, покорность, неуклонное следование заповедям и принципам Корана гарантируют вечную жизнь в раю.

Христианство (I век н. э.) – самая крупная мировая религия, возникшая в восточной части Римской империи. Ее основатель − Иисус Христос, являющийся одновременно и Богом, и человеком. О его жизни на земле повествуют четыре священные книги (Евангелия). Приверженцами христианства являются около 2,1 миллиардов человек.  

Каждая религия достойна уважения. Принадлежность к той или иной религиозной общности делает людей единомышленниками. Верующий человек знает, у кого он может найти понимание, сочувствие и поддержку. Несмотря на существенные различия между собой и буддизм, и христианство, и ислам проповедуют равенство всех людей перед Богом, освящая именем Творца любовь и милосердие, готовность человека к покаянию и духовному очищению. Утверждение этих святынь – залог возрождения духовности и приобщения общества к истинным общечеловеческим ценностям. 

В данном учебном пособии рассматриваются мистические и мифологические предпосылки возникновения религии, ее эволюция. Особое внимание уделяется моральным аспектам религиозных верований. Книга предназначена для студентов и преподавателей, но будет полезна и для тех, кто интересуется религиозными проблемами. 

 

Александра Разина